ВКонтакте

Четверг, 31 октября 2019 09:49

КОРОЛЕВСТВО КРИВЫХ ЗЕРКАЛ

Мария Савинова Мария Савинова

Спорт занимает особое место в жизни людей современного цивилизованного общества. Спортивное состязание, соперничество сильнейших атлетов, достижение спортивной победы – реальные слагаемые зрелищности и популярности спорта во всем мире.

Спорт – часть жизни общества и подчиняется социальным, экономическим, политическим и другим законам общественного развития.

Поэтому спорт постепенно превратился из любительского в профессиональный, стал бизнесом.

Спорт высших достижений – особый вид профессиональной деятельности, сопряжен с регулярными высокими физическими и эмоциональными нагрузками. Он предъявляет повышенные требования к организму атлета, потому что спортсмен должен показывать результат на грани своих возможностей.

Еще в древности врачи обратили внимание на то, что достижение максимально высокого результата связано с ухудшением здоровья спортсмена. На это указывали античные врачи. Гиппократ (460-337 гг. до н.э.) писал: «…организм атлета нельзя считать естественным», а Клавдий Гален (131-200 гг. до н.э.), много лет занимающийся наблюдением и лечением профессиональных спортсменов-гладиаторов, еще более расширил это положение: «жизнь атлета полностью противоположна тому, что предписывает гигиена, и я считаю, что их образ жизни более способствует болезням, чем здоровью…Во время тренировок тело атлетов подвергается опасности, и в тот период, когда они оставляют профессию, они впадают в состояние, когда некоторые из них довольно быстро умирают. Другие еще живут некоторое время, но никогда не достигают преклонного возраста» (цит. по Макаров Л.М., Дегтярева Е.А., 2017).

Прогнозируемое ухудшение качества жизни профессиональных атлетов после завершения спортивной карьеры во многом подтверждаются современными научными данными. Исследованием S.Baldesberger и соавт. (2008) было установлено, что у бывших профессиональных велогонщиков высокого класса – участников гонки Тур-де-Франс по сравнению с контрольной группой сверстников-неспортсменов в среднем возрасте 66 лет зафиксирована большая частота синкопальных состояний (11 и 3%), головокружений (27 и 10%), случаев хронической сердечной недостаточности (3 и 0%), инфаркта миокарда (5 и 2%), мерцательной аритмии (10 и 0%), атрио-вентрикулярной блокады 2-3 степени (2 и 0%), желудочковой тахикардии (15 и 0%) (цит. по Макаров Л.М., Дегтярева Е.А., 2017).

Не менее важной проблемой является внезапная сердечная смерть (далее – ВСС), которая, по мнению многих специалистов, у профессиональных спортсменов встречается гораздо чаще, чем у лиц, не занимающихся спортом (Corrado D., Basso S. 2003, Maron B.J. 2009). В руководстве ведущих американских кардиологических организаций по предупреждению ВСС и желудочковых тахикардий спортсмены выделены в отдельную группу, называемую «неспецифической популяцией с особым риском ВСС» (PrioriS. и соавт. 2001).

Результаты исследований В.А.Геселевича (1996), изучавшего демографические показатели российских атлетов – чемпионов страны, Европы, Мира и Олимпийских игр, наглядно показали, что средняя продолжительность жизни элитных спортсменов примерно на 5 лет меньше, чем у россиян, не занимающихся спортом.

Это неудивительно. Физические нагрузки в современном спорте высших достижений за последние 20-30 лет возросли практически в 4-5 раз и уже являются предельными для человеческого организма.

Экстремальные физические и психологические нагрузки большого спорта оказывает на здоровье спортсмена разрушающее воздействие, и способствуют развитию перенапряжения, патологических состояний и, как следствие, биологический ресурс организма истощается быстрее.

Изучением вопроса «цены адаптации» (Агаджанян Н.А., 2001), которую платит спортсмен в период своей профессиональной деятельности, занимаются многие специалисты. В своих наблюдениях они обращают внимание на различные отклонения от нормы, отмеченные при анализе электрокардиограммы, вариационного ритма сердца и т.д.

Наиболее информативны нарушения, отмечаемые у спортсменов при анализе клинических и биохимических показателей крови. Например, многие исследователи отмечают повышение уровня креатинфосфокиназы (далее – КФК) у профессиональных атлетов, что связано с повреждением сердечной и скелетной мускулатуры. Не предлагая ничего конкретного, кроме временного отстранения спортсмена от тренировок, снижения физических нагрузок, проведения общеукрепляющих процедур, спортивные медицинские теоретики дистанцируются от кардинального решения этого вопроса, занимаясь лишь констатацией фактов.

Развитие ситуации имеет негативную тенденцию. Если раньше, примерно 10 лет назад, повышенные показатели КФК более, чем 2-3 раза, рассматривались, как экстраординарные случаи, то в настоящее время повышение уровня данного фермента в крови спортсмена в 10-кратном размере, до 1500-2000Ед/л уже мало кого удивляет и трактуется, как обычное явление.

Некоторые отечественные специалисты пытаются как-то минимизировать проблему, хотя бы формально, информационно принижая значение высоких показателей КФК. С высоких трибун, а также в специальной

литературе научные работники от спорта убеждают нас в том, что высокие показатели КФК для спортсменов – это нормально!

Кроме того, для лиц, занимающихся спортом, предлагаются в качестве нормы более высокие «физиологически обоснованные» значения КФК (190-200 Е/л для спортсменов и 175 Е/л для обычных людей (Гаврилова Е.А., 2007 и др.). Такой подход напоминает политику «страуса», пытающегося уйти от неприятного вопроса и «спрятать голову в песок».

По данным, полученными нами и подтвержденными трудами многих научных специалистов, показатели КФК элитных спортсменов превышают даже эти «оптимизированные» значения в 2-3 раза в течение длительного времени – 10-11 месяцев в году.

Напомним, что высокий уровень КФК у спортсменов чаще всего свидетельствует о разрушении сердечной и скелетной мускулатуры. Длительная спортивная карьера на высоком уровне сокращает продолжительность жизни. Элитные спортсмены просто обречены на более раннюю смерть.

Необходимо подчеркнуть: нормально, если организм спортсмена на тяжелую физическую нагрузку отвечает комплексом разнообразных адаптационных механизмов, манифестной формой которых выступает повышение различных биохимических показателей крови, в том числе КФК. Ненормально, что это продолжается на протяжении многих лет, а иногда и десятилетий. То же самое можно сказать о изменениях таких показателей, как АСТ, АЛТ и мочевины, которые свидетельствуют о хроническом утомлении, недовосстановлении, разрушительных процессах в печени атлета и нарушении белкового обмена.

Тесно связаны со здоровьем спортсмена и вопросы проводимой антидопинговой политики.

Элитный спортсмен на протяжении всей спортивной карьеры находится под постоянным прессингом со стороны антидопинговых контролирующих структур. Его методично урезают в правах, как загнанного волка планомерно обкладывая флажками – запретами на употребление все большего количества медико-восстановительных препаратов.

Если спортсмен попадает под подозрение WADA по поводу употребления запрещенных препаратов или методов, он, вероятнее всего, будет уличен в их употреблении и отстранен от спортивной деятельности, так как в отношениях между WADA и спортсменом речь не идет о принципе «презумпции невиновности».

Наоборот, исповедуется «презумпция виновности». К примеру, система ADAMS – база сбора и хранения информации, созданная для того, чтобы «облегчить задачу спортсменам по соблюдению антидопинговых требований в области представления информации о местонахождении», по сути дела является неприкрытой формой слежения за спортсменами. О правах личности даже не приходится говорить. Таким подходом спортсмен уничтожается психологически.

Чтобы не быть голословными, мы решили взглянуть на данную проблему с точки зрения доказательной медицины. Несколько лет назад в одной спортивной организации проводилась работа по изучению психологического статуса спортсмена. Результатом исследования стало опубликование статьи «Опыт применения психосемантического анализа личности спортсмена в спорте высших достижений» в журнале «Спортивный психолог» (№1, 2013) и доклад на международной конференции в Олимпийском Комитете России по данной теме (2014).

Цель работы – изучение факторов, лимитирующих психологическую устойчивость и работоспособность профессиональных атлетов.

С помощью аппаратно-программного комплекса АПК – MindReader 2.0 (разработка НИИ психотехнологий им. И.В.Смирнова) мы попытались понять, что действительно беспокоит спортсмена и мешает показывать стабильно высокие результаты.

Выяснилось, что главными проблемами действующего спортсмена являются его взаимоотношения с антидопинговыми организациями.

Современный спортсмен живет с постоянными «допинговыми вопросами». Атлет постоянно испытывает чувство дискомфорта и тревоги, живет в постоянном страхе – боится отлучиться куда-нибудь, не уведомив антидопинговое агентство, боится опоздать на тренировку, на процедуру допинг-контроля и т.д. Заболевший спортсмен боится принимать препараты, прописанные врачом, из-за возможных проблем с контролирующими его антидопинговыми инстанциями и т.д.

Но и после завершения спортивной карьеры спортсмен остается объектом общественных и политических спекуляций, так как по правилам WADA все биологические пробы атлетов хранятся в течение 10 лет. Известно немало случаев, когда спортсменов лишали наград через 5-10 лет после окончания спортивной деятельности.

Великие спортсмены, завершившие карьеру, являются национальными героями и, чаще всего, продолжают служить спорту на высоких политических постах. Допинг, обнаруженный через много лет в их законсервированных пробах, может нанести большой вред национальному олимпийскому движению, а для некоторых бывших чемпионов стать серьезным аргументом для шантажа.

К слову сказать, шантаж, как средство воздействия на спортсмена –обычный, и даже излюбленный, метод работы WADA.

В письмах, которые направляет спортсменам данная организация при подозрении их в употреблении допинга, атлету без обиняков предлагается

безоговорочно признаться в применении допинга, за что он гарантированно получит всего два года дисквалификации. В противном случае, если спортсмен попытается обжаловать обвинение, то получит полных четыре года дисквалификации плюс период (иногда год и более) до вынесения окончательного решения по делу. А для многих спортсменов – это может означать только одно – окончание спортивной карьеры.

Далее, в том же письме, спортсмен предупреждается, что показывать или разглашать содержание данного письма третьим лицам он категорически не имеет права. А как же защищаться? И что это за военная тайна, известная всем? Почему WADA так боится, что ее письмо станет достоянием гласности? Ответ один – эти действия находятся вне юридического поля и противоречат мировым принципам судопроизводства.

На заседании спортивного арбитражного суда (САS), спортсмену снова предлагается все-таки согласиться с обвинением и пойти на «сотрудничество» за обещание о снижении сроков дисквалификации.

Но вернемся к проблемам здоровья спортсмена. Без всякого сомнения, профессиональных спортсменов нужно отнести к «группе риска» по развитию заболеваний сердечно-сосудистой системы, опорно-двигательного аппарата и заниматься их здоровьем на государственном уровне.

Нельзя забывать, что профессиональные атлеты – генофонд нации, люди, которые, для того, чтобы представлять нашу страну на международной арене, в своей деятельности прошли жесточайший профессиональный отбор.

Нужно отдавать себе отчет в том, что спокойно наблюдать за физическим и моральным уничтожением российских атлетов, мы не имеем права, потому что нельзя «пилить сук, на котором сидишь». А при существующем положении вещей скоро не за кем будет «наблюдать» – все меньше молодых людей связывают свою жизнь с карьерой профессионального спортсмена.

Формально – все обстоит более, чем благополучно. Сразу несколько ведомственных организаций следят за тем, чтобы профессиональные спортсмены регулярно проходили медицинские осмотры.

Во-первых, начиная с тренировочного этапа, все спортсмены в обязательном порядке два раза в год должны проходить диспансеризацию в специализированном медицинском учреждении, а при условии включения в список кандидатов в спортивные сборные команды России по видам спорта – углубленное медицинское обследование (далее – УМО). После прохождения УМО спортсмену выдается справка установленного образца о допуске его к тренировочным занятиям и участию в соревнованиях. Справка выдается на 6 месяцев.

Во-вторых, по действующему законодательству в сфере охраны труда спортсмен обязан один раз в год пройти профессиональный медицинский осмотр, на основании которого учреждение, в котором работает спортсмен, получает акт о профессиональной пригодности (для атлета это уже 3 углубленный медосмотр в течение года).

Эти несогласованные между собой медицинские мероприятия не помогают спортсмену в сохранении здоровья. Врачи на свое усмотрение могут допустить или не допустить спортсмена до тренировочных занятий или дать стандартную рекомендацию снизить тренировочную нагрузку.

Некоторые действия врачей специализированных медицинских учреждений при прохождении диспансеризации или УМО вызывают недоумение и даже раздражение спортсменов.

Например, мужчины-спортсмены жаловались на то, что при прохождении осмотра у уролога им без всяких на то медицинских показаний, просто ради «углубленного» обследования» вставляли в мочеиспускательный канал какой-то инструмент, что доставляло мучительную физическую боль.

И совсем уже вопиющий случай произошел с бегуньями на средние дистанции, которые проходили беговой тест на тредбане. Специалист, проводивший тест, потребовал, чтобы спортсменки вставили в задний проход термометры и в таком положение бежали.

Понятно, что после таких «углубленных» обследований спортсмены иногда в течение нескольких дней, а иногда и недель просто не могут полноценно тренироваться, и очень объяснимо, что спортсменов порой «палкой» приходится загонять на медицинский осмотр.

Эти издевательства и использование спортсменов в качестве «подопытных кроликов» происходит с элитой российского спорта, а не с простыми перворазрядниками.

У врачей специализированных медицинских учреждений нет четких критериев допуска или недопуска спортсмена к тренировочным занятиям и соревнованиям, и каждый специалист боится ответственности, перестраховывается.

Кардиологи знают, как выглядит электрокардиограмма здорового человека, но какой должна быть электрокардиограмма спортсмена определенной спортивной дисциплины на конкретном тренировочном этапе конкретного тренировочного цикла – никто. Тем не менее, любое отклонение «от стандарта» чревато для спортсмена недопускам к тренировкам.

А уж если спортсмен во время прохождения медицинского обследования неосмотрительно на что-то пожалуется, то с полной уверенностью можно сказать – тренер не увидит своего воспитанника на тренировке, как минимум месяц.

При любом минимальном отклонении в здоровье, будь то кариес или плоскостопие, миопия, атипичный зубец на кардиограмме, который «не понравился» врачу – спортсмен получает «недопуск» или рекомендацию срочно снизить тренировочную нагрузку.

Но спортсмен этого делать не может и не хочет. Он тренируется при запрете и нагрузки не снижает, потому что спортивная деятельность – это его «хлеб», его медали, зарплата, призовые выплаты, престиж, получение очередного спортивного звания, а у атлетов-военнослужащих вдобавок еще и не спортивного.

При этом, вся эта затея с диспансеризацией и «допусками» к тренировкам никак не вяжется с Трудовым кодексом России, где справка о здоровье спортсмена необходима только при приеме на работу. При «недопуске» спортсмену бюллетень никто не дает, но и выполнять свои трудовые функции не разрешают. Выхода из этого тупика нет.

Поэтому спортсмен, если у него ничего конкретно не болит, просто игнорирует все «допуски-недопуски» и «рекомендации». Его тренер, как правило, тоже.

В принципе, их нельзя за это винить, так как большинство «недопусков» спортсменов к тренировкам, на практике оборачиваются обычной перестраховкой врачей, когда они в своей работе сталкиваются с какой-то нестандартной ситуацией. А в спорте высших достижений – все нестандартно.

Еще один пример. Перед выездом на чемпионат мира по легкой атлетике спортсмен, проходя УМО, «споткнулся» на флюорографии. Снимок показал, что в левом легком спортсмена имеется небольшое новообразование – то ли спайка после перенесенной пневмонии, то ли рубец, то ли что-то посерьезнее, но определить это точно без операции не представлялось возможным.

Врач (не узкий специалист) совершенно уверенно вынес вердикт – туберкулез, отстранил от участия в соревнованиях и стал настаивать на срочной операции. Ему, врачу специализированного медицинского учреждения федерального значения и в голову не пришло, что туберкулезный больной не в состоянии выполнять такие физические нагрузки и показывать спортивные результаты мирового уровня.

До выезда оставалось всего два дня. За это время удалось связаться с лучшими профильными врачами московского туберкулезного диспансера и получить «добро» на участие в чемпионате.

Спортсмен завоевал золото чемпионата мира. А ведь на кону стояла вся его спортивная карьера, но кого это волновало кроме самого спортсмена, его тренера и нескольких спортивных функционеров? Что было бы со спортсменом, если бы он послушался, так называемого «доктора»? Не стал бы чемпионом мира. Завершил бы спортивную карьеру. Сделал бы ненужную операцию. Ненужную потому, что через несколько лет новообразование в легком само собой рассосалось, от него не осталось и следа. Но эти несколько лет спортсмена мучили «недопусками», настаивали на операции, отказывали включать на тренировочные сборы.

Практически все специализированные медицинские учреждения настроены не на восстановление спортсмена после физической нагрузки, а на его лечение при каждом нестандартном случае рекомендуют снижение физической нагрузки. Разумеется, об этом не может быть и речи. Уровень современного спорта просто не позволит спортсмену это сделать.

Остается одно – оптимизировать реабилитационно-восстановительные мероприятия. Однако, призванные заниматься этой проблемой специализированные медицинские учреждения, откровенно не справляются с поставленной задачей.

Вернее сказать, такой задачи перед ними никто не ставит. В итоге, функциональное состояние элитных спортсменов на должном современном уровне не контролируется.

Вопрос необходимости систематического и постоянного восстановления спортсмена после больших физических нагрузок у специалистов не вызывает сомнения.

Что считать «большой нагрузкой»? В подготовительном цикле марафонец пробегает до 800 км в месяц, специалист спортивной ходьбы «проходит» 900–1000 км, барьерист преодолевает до 3000 барьеров, прыгун в высоту выполняет упражнения со штангой суммарно до 40 тонн, метатель – до 100 тонн. прыгун тройным высокого класса выполняет от 3500 до 10000 прыжков (прыжком считается полет между двумя отталкиваниями не менее 3-х метров). Это в месяц. Это обычно.

Непосредственно перед соревновательным циклом объем тренировочной нагрузки снижается, но повышается интенсивность, скорость, высота и дальность прыжка, полета снаряда. Чем больший объем сможет сделать спортсмен в подготовительном периоде, тем с большей интенсивностью он сможет провести предсоревновательный цикл, тем лучший и более стабильный результат он сможет показать в соревновательном сезоне

Безусловно, спортсмену необходимо систематическое постоянное восстановление и, прежде всего, фармакологическое, то есть на молекулярном уровне., потому что обычного физиологического и оздоровительного восстановления спортсмену высокого класса просто не хватает.

И тут некомпетентность и бездействие медицинских спортивных учреждений в плане сохранения здоровья российских спортсменов подкрепляется активными «действиями» антидопинговых организаций, прежде всего, WADA.

Вводятся все новые ограничения на использование различных медицинских препаратов и проведение восстановительных процедур. Под понятие «допинг» попали кислородотерапия, использование инертных газов, антиэйджинговые манипуляции и пр., хотя их влияние на улучшение спортивного результата установить невозможно, зато точно известен их косметический эффект.

В этой связи показательным является пример с известным препаратом «Мельдоний». В обвинительных заявлениях WADA ни разу не звучало, что этот препарат повышает физическую работоспособность спортсмена. Об этом неоднократно говорил и создатель препарата Иварс Калвиньш. Основным аргументом для включения препарата в допинговый список был тот факт, что «Мельдоний» часто применяется спортсменами-представителями стран Восточной Европы и России.

Другой пример – активно рекламируемый противовирусный препарат «Полиоксидоний». Это, действительно, хороший препарат – работает! Он запрещен для парентерального введения, так как в состав растворителя входит запрещенная субстанция «Манитол». Практически все российские противогриппозные прививки (кроме «Совигриппа») содержат полиоксидоний.

Витаминный комплекс «Компливит», который разрешен даже для приема беременным женщинам, также признан допингом из-за наличия в нем запрещенного вещества – кобальта. Считается, что кобальт является активатором гипоксия-индуцируемого фактора и опосредованно может повышать выработку факторов гормона роста капилляров и эритропоэтина. Однако кобальт содержится во многих соединениях, например, в цианокобаламине (витамин В12), а цинкобаламин не относятся к запрещенным субстанциям.

В целом влияние кобальта на улучшение спортивного результата весьма сомнительно, но спортсмен, приобретая Комплевит в аптеке, например, для своей беременной жены, автоматически попадает под разряд наркодиллеров и может преследоваться антидопинговыми организациями.

WADA единолично решает вопросы о включении в «запрещённый список» любых препаратов, при этом, многие считают, «совершенно

случайно» лоббируя интересы одних производителей фармпрепаратов и нанося финансовые потери другим.

Основным аргументом данных действий WADA является формулировка о способности тех или иных препаратов повышать физическую работоспособность лиц, занимающихся спортом.

Солнце и свежий воздух также улучшают функциональное состояние лиц, занимающихся спортом, а опосредованно и улучшают спортивный результат. Следуя логике чиновников WADA, возникает закономерный вопрос, почему они до сих пор не внесены в «запрещенный список»?

В 1998 г., понимая опасность «антидопингового монополизма», Президент Международного Олимпийского Комитета Хуан Антонио Самаранч публично заявил, что список запрещенных в спорте допинговых средств должен быть пересмотрен в сторону его сокращения. Заявление вызвало бурное возмущение спортивного сообщества и маркиза едва не предали анафеме. Этим все и кончилось.

Все понимают, что «допинг» и «антидопинг» – «близнецы-братья», это многомиллионный взаимосвязанный бизнес, который, возможно, управляется одними и теми же лицами и структурами.

По большому счету, даже если бы была возможна полная победа над допингом, она никому не нужна, потому что никто не убьёт курицу, которая несет золотые яйца.

Себестоимость одной допинг-пробы составляет приблизительно 250 $, а их в год проводится миллионы. Кроме того, содержание лабораторий, разработка все новых и новых технологий определения допинга, зарплата чиновников WADA и допинг-офицеров – все это источник баснословных финансовых доходов, с которыми никто не собирается расставаться. И самое главное, WADA - это рычаг мощного политического воздействия не столько на отдельных спортсменов, сколько на страны, которые они представляют.

Надо отметить, что спортсменам, которым предъявляются обвинения в употреблении допинга, противостоит мощная высококвалифицированная армия допинг-офицеров, профессоров, научных работников различных специализированных лабораторий и научных центов – легион «борцов за здоровье спортсмена», которые просто так свои позиции не отдадут. Все они финансируется государствами, поддерживающими олимпийское движение. Россия тоже вносит свою немалую лепту. Получается, что наше государство за свой счет занимаемся геноцидом собственных спортсменов. И мы все, как порядочные налогоплательщики, за свои же средства помогаем уничтожать собственный генофонд.

Организация WADA, изначально позиционирующая себя, как структура по защите прав и здоровья спортсменов, превратилась в неконтролируемую коммерческую фирму с многомилионным оборотом финансовых средств, «живущая по законам всех спецслужб мира» (Войцеховская Е.С., 2017).

Причем сам по себе спортсмен, по сути дела, никого не интересует. Это «пушечное мясо», средство для политических игр, шантажа и элементарного личного обогащения международных чиновников от спорта и этот «бизнес на крови» уже никого не смущает своим неприкрытым цинизмом.

В связи с этим проблема физического и психического состояния человека, занимающегося спортом высших достижений, представляет собой уже не только научный интерес.

Нужно отдавать себе отчет в том, что современная антидопинговая политика – это тупиковый путь развития мирового спортивного движения, направленный на уничтожение спорта в целом и отдельно взятого атлета в частности.

WADA – независимая организация, осуществляющая координацию работы по борьбе с допингом в спорте, была создана при поддержке МОК и первые два года своего существования получала финансирование от МОК.

В настоящее время МОК финансирует WADA лишь наполовину, остальную часть финансовых средств WADAполучает от правительств стран – членов Международного Олимпийского Комитета, среди которых всегда найдутся те, кто лоббирует политическую нестабильность в мире.

WADA давно превратилась в мощный неконтролируемый рычаг политического влияния на международное спортивное движение, в организацию, которая самолично определяет степень вины спортсмена, вершит свой «суд», который не подчиняется никаким законам мировой юриспруденции.

Простому обывателю, да и не только ему, непросто разобраться в сложных хитросплетениях профессионального спорта, тем более, что у каждого вида спорта есть свои собственные проблемы и свои «тонкие места».

Но есть общие моменты, которые волнуют и касаются практически всех.

Несколько лет назад WADA ввело в повседневный обиход так называемый, паспорт крови. Надо сказать, что российский спорт был к этому не готов. Даже специалисты смутно представляли, что это такое и чем оно нам грозит.

Мы стали терять элитных спортсменов просто на ровном месте. Мы не говорим здесь о тех, кто действительно был уличен в применении эритропоэтина. Речь о «чистых» спортсменах.

Обвинение спортсмена в применении допинга на основании паспорта крови основывается на данных крови, в частности показателей гемоглобина, ретикулоцитов и индексе стимуляции, которые в течение определенного времени (чаще всего нескольких лет) собираются, анализируются и систематизируются антидопинговыми лабораториями. Выстраивается, так называемый, «коридор», внутри которого должны быть размещены

полученные данные. Если показатели спортсмена «выйдут» за пределы «коридора», спортсмену будут предъявлены обвинения в применении допинга. Поэтому сдав кровь 2–3 года назад, спортсмен не может быть уверен, что у него все в порядке.

Интересен пример одной известной спортсменки, показатели которой не выходили за пределы допустимого «коридора», но тем не менее она была дисквалифицирована. Чиновники WADA объяснили свое решение тем, что у спортсменки наиболее высокие гематологические показатели отмечались в период активных стартов, то есть летом. Замечание защищающей стороны о том, что в летний период из-за жары при выполнении интенсивных и длительных физических нагрузок повышается потоотделение и соответственно изменяются реологические свойства крови, и она становится более вязкой, не возымели действия на обвинение.

Доказать свою правоту спортсмену практически невозможно, так как для этого требуются серьезные научные изыскания, признанные мировой научной общественностью, научные методики и т.п., которых в российской спортивной медицине нет.

Мало, кто понимает действительную ценность элитного спортсмена. Элитный спортсмен – всегда штучный продукт. Это талант, который нечасто рождается в любой стране помноженный на характер, волю, трудолюбие, высочайшую работоспособность и возведенный в квадратный корень спортивным везением и удачей. И еще нужно долгих 10–15 лет чтобы, вырастить его и вывести на мировой уровень.

Старшее поколение помнит яркие победы на Олимпийских играх 1972 г. Валерия Борзова в беге на 100 и 200 м. С тех пор прошло почти полвека, но спринтер такого уровня в России до сих пор не родился. Тем важнее сохранить то, что имеем.

Российский спорт высших достижений стремительно теряет свой некогда высокий общественный статус. Планомерно уничтожаются «стратегические» виды спорта – тяжелая и легкая атлетика, плавание, биатлон. Стареет тренерский корпус, хотя высшие учебные спортивные заведения регулярно выпускают большое число молодых специалистов.

Российская спортивная медицина находится в сложном положении. Если спортивных специалистов-теоретиков достаточно много, то грамотных врачей-практиков становится все меньше – введение административной и уголовной ответственности доктора за все допинговые проблемы спортсменов негативно сказывается на имидже профессии.

Среднестатистический врач спортивного специализированного медицинского учреждения не знаком с антидопинговыми правилами WADA, смутно представляет себе, что такое запрещенный список и терапевтическое исключение. Он с трудом решается дать здоровому спортсмену допуск для занятия спортом и тем более не может себе представить ситуацию, при которой он, врач в здравом уме, разрешит больному(!) спортсмену участие в соревнованиях, выписав ему для лечения запрещенный препарат (иными словами, допинг) и при этом возьмет на себя ответственность своими руками еще и оформить терапевтическое исключение. Это уже, извините, из мира фантастики.

Вот так и живем. «У семи нянек дитя без глазу» – это о российском спортсмене.

Спорт высших достижений необходим современному обществу как мощный элемент воспитания подрастающего поколения, как важный фактор внешней и внутренней политики, престижа страны.

Еще в середине прошлого века президент США Дж. Кеннеди сказал, что сила государств в современном мире определяется двумя факторами –

количеством ядерных боеголовок и количеством золотых олимпийских медалей.

Можно рассуждать о правомерности этих слов, но подавляющее большинство цивилизованных стран всех континентов посредством спортивных достижений стремится достигнуть более высокого мирового статуса.

Что касается внутренней политики, то здесь значение элитного спорта в целом трудно переоценить. Имеются статистические данные, позволяющие утверждать о существовании обратной зависимости между числом Олимпийских чемпионов и уровнем наркомании, бандитизма, нестабильности в стране.

Сейчас обеспечение спортсменов медико-восстановительными средствами, медицинской помощью и поддержкой напоминает кривые зеркала, в которых отражаются без всяких прикрас незащищенность спортсменов и тренеров, от неразрешимых медицинских и допинговых проблем.

Поэтому, если мы не хотим присутствовать на похоронах дела, которому посвятили жизнь, нужно пересмотреть отношение к спорту высших достижений.

Для начала, необходимо начинать об этом открыто говорить, потому что, если мы молчим – значит молча соглашаемся с тем, что происходит и со всем тем, в чем нас обвиняют.

Автор Олег Курбатов и Сергей Плотников

Прочитано 716 раз